Есть люди, которые выросли в настоящей бедности — считали каждую копейку, донашивали чужую одежду, знали что на каникулы никуда не поедут. Они выросли и начали зарабатывать хорошо, иногда очень хорошо. Но продолжают говорить одно и то же: «я боюсь что все рухнет», «кажется что денег все равно мало», «буду работать в Пятерочке на старости». Деньги поменялись. Внутренняя мать — нет.
В психоанализе есть термин интроект — внутренний объект, который мы усваиваем от значимого человека и который продолжает жить внутри нас независимо от того, что происходит снаружи. Мать — наш первый и главный интроект.
Она передает не только слова. Она передает телесное ощущение мира. Тревожная мать не говорит «деньги это плохо» — она просто напрягается, когда их не хватает, сжимается, меняется в лице. Ребенок считывает это раньше, чем понимает слова.
Этот ребенок вырастает и зарабатывает миллион. Но тело помнит. Тело матери, которое сжималось при слове «деньги», становится собственным телом, которое сжимается при слове «расходы». Это не убеждение, которое можно переписать аффирмацией, — это телесная память.
Почему одни из бедных семей вырываются, а другие нет? Дело не в том, богатая была мать или бедная, а в том, какое послание она передала про деньги и про право получать.
Бедная мать может передать два совершенно разных послания. Первое: «нам сейчас трудно, но это не про нашу ценность, мы достойны лучшего» — бедность без стыда. Второе: «такие как мы не богатеют, знай свое место» — бедность со стыдом, которая становится частью идентичности.
Есть и третий вариант — часть людей вырывается из бедности через здоровую агрессию: «я докажу что можно иначе». Но часть таких людей вырывается финансово и не вырывается психологически: денег много, а тревога осталась.
Звучит красиво, как будто мать учила чему-то важному. Но взрослый ребенок с этим посланием не может поставить высокую цену на свои услуги, каждый раз добавляет «но можем договориться». Не потому что не знает рынок — потому что внутри звучит: хотеть много денег значит быть поверхностным.
Семья определяла себя через скромность как идентичность, а не как факт. Стать богатым означает перестать быть «своим», выйти из семьи. Именно поэтому у многих, кто вырвался финансово, появляется тревога и чувство вины, когда доход растет, — не радость, а ощущение что сделал что-то не то.
Прямой запрет на аппетит: хотеть много значит быть жадным, жадный значит плохой. Взрослый человек с этим посланием занижает цены, не просит повышения, отдает больше чем берет — не из щедрости, а из страха что его назовут жадным.
«Я всё для тебя.» «Себе ни в чём не отказывала ради тебя.» Такая мать создает у ребенка негласный непогашаемый долг: тебе хорошо — а маме плохо, значит чтобы не предавать маму, мне тоже должно быть не очень хорошо. Во взрослой жизни это выглядит так: зарабатывает — и тут же раздает, получает — и сразу находит на что потратить для других, себе в последнюю очередь.
Мать — это оральная стадия, первый год жизни, первый опыт получения. Если здесь что-то пошло не так, каждая следующая ступень развития идет с трещиной.
Анальная стадия — про контроль и отдавание. Без доверия к потоку человек либо держит всё мертвой хваткой, либо отдает не думая — в деньгах это либо патологическое накопление без возможности потратить на себя, либо трата сразу как только получил.
Фаллическая стадия — про право занимать место в мире, конкурировать, иметь амбиции. Без базы человек не конкурирует, не называет полную цену — либо конкурирует разрушительно, из страха, а не из силы.
Латентная стадия — про достижения ради интереса, а не ради выживания. Без базы человек работает из страха, не потому что хочет создавать, а потому что боится что без работы не выживет. Это и объясняет, почему некоторые работают всю жизнь и не могут остановиться даже при достаточном доходе — не амбиции, а мамин страх, ставший собственным.
Можно зарабатывать миллионы и при этом продолжать жить с мамой внутри — с ее тревогой, ее запретами, ее голосом который говорит: таким как мы столько не положено.
Представьте, что ваша мать узнала о вашем реальном доходе прямо сейчас. Что она скажет? Что вы почувствуете? Ответ на этот вопрос и есть ваш финансовый сценарий с матерью.
Важно понимать: финансовый успех сам по себе не лечит эту тревогу, потому что она живет не в банковском счете, а в теле, которое продолжает реагировать так же, как реагировало в детстве.
Вспомните одну конкретную фразу, которую мать говорила про деньги чаще всего. Затем спросите себя: как эта фраза звучит сегодня в вашей жизни — когда вы называете цену, тратите на себя, зарабатываете больше обычного? Послание, которое названо, уже не управляет автоматически.
Спросите себя: если бы у меня не было этой мамы, как бы я относился к деньгам? Что бы я разрешил себе? Это не про то, чтобы осудить мать, а про то, чтобы увидеть, где заканчивается ее история и начинается ваша. Субъектность начинается там, где человек может сказать «это мое» и «это не мое».
Интроект живет в теле, значит менять его нужно через тело, а не только через мысли. Раз в неделю — одно маленькое конкретное действие, которое противоречит материнскому посланию. Если послание было «нам столько не нужно» — купить что-то хорошее без оправданий. Если было «не жадничай» — назвать полную цену и не снизить ее.
Вспомните фразу, которую мать чаще всего говорила про деньги. Выберите одно маленькое действие, которое ей прямо противоречит, и сделайте его — осознанно, один раз, в этой сфере жизни.
Если хотите понять, какой именно сценарий управляет вашим доходом — пройдите тест «Стеклянный потолок».
Пройти тест «Стеклянный потолок» →Разберем ваш финансовый сценарий за 30 минут. Бесплатная встреча онлайн.
Записаться на диагностику →Образование и сертификаты